А поконкретней?
Иркутские безумства. Антология
Тарелка супа для Дяди Пети

Роман Днепровский

Маша Тримедведева до сих пор говорит всем, что это именно я стал её «крестным отцом» в профессии, хотя всё моё «участие» в судьбе журналистки Тримедведевой свелось к тому, что когда-то, очень-очень давно, я за руку привёл в молодёжную редакцию дочку своего друга, девятиклассницу Машу, и перепоручив её своим коллегам, умыл руки. Маша мечтала о журналистике ещё с третьего или четвёртого класса, и в этом тоже, отчасти, была моя вина: просто, я когда-то имел неосторожность сделать материал о каком-то детском спектакле, в котором она играла главную роль, проинтервьюировал юную приму, и поставил её фотографию на полосу, а выпуск газеты поарил её родителям, с которыми дружил. Ну, да ладно…

Журналистика: эпистолярный полет души для абстрактной Маши

Александра ПОБЛИНКОВА, сама немного того   
12.07.2016

Началось то время, когда абитуриенты вместе с мамами, бабушками и старшими сестрами сиротливо кучкуются у дверей приемных комиссий. Все одинаково счатсливые и в разной степени несчастные семьи высчитывают проходной бал ЕГЭ и силятся принять единственно верное решение относительно будущего своих детей. Если бы оно еще существовало.

А мне во Вконтакте пишут вопросы ясноглазые девушки, которые раздумывают о поступлении на журналистику. Конечно, очень лестно, что они хотят вверить мне решение о своем будущем, но и страшновато тоже.

Одиннадцать лет назад я сильно не раздумывала, но задавала старшим коллегам примерно те же вопросы. Они отвечали честно, и я выбрала факультет благородных девиц, скорее вопреки, чем во имя. Мое решение претило всем членам семьи, которая видела будущее дочери и внучки в более радужных тонах, но решение было опредленнным. Однако за последние годы ситуация изменилась от слова совсем, и теперь я бы ответила мечатающей девушке, назовем ее, скажем, Маша, совсем иными словами.

“Знаешь, Маша, прежде чем поступать на журналистику, подумай триджы. А потом еще раз. Потому что в этой професии тебе придется приложить много усилий к тому, чтобы стать нормальным человеком.

На это у тебя уйдет много лет, и на факультете красивых слов тебя не научат хорошо писать, зато научат хорошо читать. И, возможно, при должном усердии, ты выучишь правила современного русского литературного языка. А с вопросами морали, стиля и гражданской позиции тебе придется разбираться самостоятельно. И это, поверь мне, надолго.

Наверное, Маша, ты хочешь получить не эту конкретную профессию, а некий богемный стиль жизни с эмоциями, ощущениями и бесплатными билетами на концерты. Его у тебя будет в достатке. Гораздо хуже будет с практическими дисциплинами. Можешь начинать готовититься прямо сейчас: открой учебник по формальной логике. Это главное, что тебе пригодится.

Тебе, Маша, придется жить и работать в условиях страшной неопределенности. Когда-то я мечтала снимать документальное кино - именно такая у меня тема дипломной работы. В итоге я занимаюсь интернет-журналистикой и очень далеко ушла от станка Гутенберга. А что будет дальше я загадывать не берусь.

А еще, Маша, вот что важно. Кажется, что эта профессия - сплошное дольче вита. Но на саом деле ничего не получится, пока ты не поймешь, что это - служение людям. Мы не даем клятву Гиппократа и не спасаем ничьи жизни, но суть нашей работы в том, чтобы помочь людям в той или иной степени. Рано или поздно ты непременно словишь звезду и пару премий, но эта профессия не про звезды. Она про помощь. И может быть пару раз ты сможешь кого-то спасти своим текстом - и в этом самое большое счастье.

Если ты станешь социальным журналистом, то ты переживешь такое количество чужой боли и страдания, которое только сможешь вынести. И в большинстве случаев ты сможешь поддержать людей только текстом. А самый страшный грех в этом - закрыться от эмпатии и перестать слышать, как другому плохо. И это выматывает хуже погрузки вагонов. Но иначе не получится.

Возможно, потом ты разлюбишь людей, продолжая их обожать. За смелость, за честность, за большие и маленькие подвиги. 14 лет в профессии превратили веселого экстраверта в конченного социопата - и таких легион. Но мало что греет душу так, как возможность написать крутой репортаж про по-настоящему дельных людей.

И какую бы ты специализацию не выбрала - а специализацию выбрать непременно надо - помни, что ты делаешь это для других людей. Даже если это снобская экономика или винная критика. А с политикой еще хуже - велик соблазн стать пуловским журналистом. Почему-то многим молодым журналистам кажется, что близость к сильным мира сего делает их круче или лучше. На самом деле мы в этом смысле ничем не отличаемся от работников столовой серого дома - такой же обслуживающий персонал. И суть не в том, чтобы быть на короткой ноге с министрами и депутатами, а чтобы объяснить честно читателю, почему они - молодцы, а почему нет. Второе дается сложнее. Вся твоя суперсила в другом - простым русским языком объяснить читателю, как оно устроено. А не бравировать интеллектом, заворачивая вопросы в интервью длиннее, чем ответы. Автор умер еще на заре постмодерна, и дергаться смысла нет.

Быть может, ты потом заведешь свою колонку или блог, по каким-то странным причинам людям будет интересно твое мнение - там и сможешь самоутверждаться.

Когда-нибудь ты решишь открыть свое СМИ. Ради бога, открой свое новое СМИ. Такое, чтобы взрослые упитанные медиамагнаты смеялись и остальные показывали пальцем. Просто сделай это потому, что так считаешь нужным и как ты видишь - и ни у кого не спрашивай совет. Делай его с такими же сумашедшенькими, как сама - и все будет хорошо. Потом ты его закроешь, и, может быть, откроешь новое. А может быть сменишь профессию - и это тоже нормально.

Еще ты, возможно, откажешься от идеи сделать Иркутск лучше и переедешь в Москву или, что более модно, в Питер. Наверное, там тебе будет хорошо. Но ты при случае дай Иркутску еще один шанс. Шарм этого города в том, что он позволяет тебе самостоятельно ставить планку качества и успеха - это мало где можно повторить. Хотя счастлива ты, конечно, можешь быть где угодно.

Да, забыла, все это - не про деньги. Журналистика - не про славу и не про сказочную зарплату. Ты будешь много работать за идею и еще немного на имя. На третьем курсе я работала на ТВ, приходила домой, снимала красивые сапоги на высоком каблуке и плакала в коридоре - не от тоски, а от усталости. Забудь про чувство усталости и жалость к себе - она тебе не пригодится первые лет 10 точно.

Инженер - хорошая, оплачиваемая и созидательная профессия. А СМИ не может быть историей про золотые горы. Меня иногда спрашивают, где деньги во всех этих проектах - а я в этом совсем ничего не понимаю. И даже ответить не могу, это внутренне чувство - просто так надо. Но и профессиональное счастье не в купюрах, а в комментариях (и в наше время - лайках) читателей. А они иной раз любят почудить.

Короче, не думай про деньги, если выбираешь журналистику - их нет, а в наше кризисное время нет совсем. Или научись писать спичи и иди работать на выборы, или писать пресс-релизы - и в пресс-службу. Классическая хрестоматийная журналистика не предполагает высокого достатка. Времена Тома Вульфа и Хантера Томпсона давно прошли (и это не повод не читать их романы!).

За стенами университета твоя жизнь не кончится - учиться придется постоянно. И глупо будет не использовать любой шанс повысить свой уровень. Многие семинары тебе не пригодятся никогда, как и бесчисленные сертификаты о стажировках, но учеба - это шанс не застыть на месте. А самый большой грех журналиста - лет в 25 решить, что он и так уже достаточно хороший. Ненавидь себя и свои тексты. Из всех написанных тысяч символов я могу гордиться текстами пятью, и то уже если мерить слишком лояльно.

И еще, милая Маша, тебе надо будет разбираться в культуре (этому научат на филфаке, если будешь слушать между строк!), приятно выглядеть (!!!) и иметь свою точку зрения. Не обязательно ей трясти на каждому углу Фэйсбука и офлайна как красным знаменем, но иметь ее точно надо. На освоение этих трех пунктов у тебя уйдут годы. Хотя что это я, это бесконечный процесс. Но иначе есть риск стать теткой в розовой кофточке и тупым транслятором пресс-релизов. А это уже совсем другая профессия.

И еще, дорогая Маша, тебе придется полюбить алкоголь. Это не к тому, что все хорошие журналисты - пьяницы. И даже не к истине старины Хэма о том, что писать лучше пьяным, а редактировать - трезвым. Но алкоголь до сих пор - единственный способ в России установить доверительную коммуникацию. Ради лучших интерьвю и сюжетов приходилось выпивать бутылку коньяка. А ты еще должна запомнить основные тезисы речи собеседника перед тем, как упасть под стол. В общем, стоит тренироваться. Благо, на филфаке есть простор и приятная компания для упражнений.

В общем, Маша, у меня есть сто аргументов против твоего будущего в журналистике и ровно столько же за. Журналистика - волшебный мир, полный ежедневных открытий. Надо только уметь постоянно удивляться и беречь это качество в себе.

И, да, доучиваться придется, и еще на филфаке неплохая столовка.

С уважением,

Саша”.

 

Заходит медсестpа в палату. - Больной Иванов, пpоснитесь, ..., ну пpоснитесь же... Больной пpосыпается.

БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске